Хорошие, плохие, злые. Как на самом деле жили ковбои

Как ни странно, но ковбойский типаж изобрели не американцы. Образ пастуха, который откровенно предпочитает дикую природу — цивилизации, а мужественность — манерам, встречался и в других культурах. Однако ни балканские гайдуки, ни южноамериканские гаучо не смогли создать вокруг себя миф подобный ковбойскому.

Эрик Хобсбаум пишет, что американский ковбой пришёл не на пустое место. Легенде о Диком Западе предшествовал другой миф, на сто лет старше — об американской Границе еще времён колоний. И вы, возможно, его знаете.

Фенимор Купер писал свои книги о Натти Бампо, следопыте времён Войны за Независимость США, начиная с 1823 года, когда о ковбоях никто ещё не слышал. В его книгах уже был Дикий Запад. Его настоящими героями были индейцы и охотники, которые учились жить с индейцами и по их правилам — например, Кожаный Чулок Бампо и вождь Чингачгук. Это была своего рода экологическая утопия, край благородного дикаря в духе модного тогда Руссо.

В начале XX века, в культуру пришёл романтизированный ковбой именно Дикого Запада, персонаж спектаклей Баффало Билла, романов Зейна Грея и немых фильмов Гриффита. Зрители всего мира узнали его, как старого знакомого.

Сложно представить, как на краю вполне дееспособного государства, вдруг образовалась область, где законы носят в лучшем случае рекомендательный характер. 

Фронтир был и в нашей истории, но Российская Империя продвигалась вглубь Сибири столетиями, а Дикий Запад как будто бы упал на Вашингтон сразу. По сути так и было, поскольку треть этой земли США просто купили и осваивали медленно и довольно мирно. 

Но в 1840-х случилась Мексиканская война. Американские колонисты в мексиканском Техасе объявили независимость и десять лет жили на каких-то странных правах — а потом призвали американскую армию. Шансов у Мексики не было — в те времена в огромной Мексике как раз начиналась гражданская война. И после пары сражений США получили 55% мексиканской территории и с ужасом попытались понять, что с ней делать.

Штука, однако, в том, что местные мексиканцы никуда не уехали. У них уже был налаженный бизнес — мексиканцы разводили коров.

И пришедшие переселенцы, кто-то мирно, а кто-то нет, встроились в уже налаженный бизнес. Пастухи-американцы, работая с мексиканскими вакейрос (от vaca, корова по-испански), перенимали их приёмы, их ритм жизни — и их традиции. Ковбои Дикого Запада сохранили мексиканский образ жизни гораздо дольше, чем сами мексиканцы США.

Дикий Запад богат, в общем-то, всем. Настолько, что даже в родном для ковбоев жанре вестерна нет числа фильмам, где ковбоев нет. Есть множество вестернов об овцеводах, золотоискателях, строителях железных дорог и даже несколько фильмов о дровосеках Дикого Запада.

А вот чем Дикий Запад похвастаться не может — это городами. У Мексики никогда не было достаточно мексиканцев на все эти земли, и даже те, кто владел стадами, пасущимися у Рио-Гранде, селиться предпочитали всё-таки в Калифорнии.

Но город — это очень важная штука, когда речь идёт о быстро заселяемой земле. Город — это точка, в которую стягиваются переселенцы с Востока, чтобы уже оттуда разойтись по маленьким фермам. Это рынок, где можно продать то, что вырастил, и купить то, без чего в хозяйстве не обойтись. Туда когда-нибудь, может быть, протянут железную дорогу.

Наконец, там живут плохо переносящие сельское хозяйство, но иногда совершенно необходимые в жизни люди. Такие, как доктор (человеческий и для скота; в больших городах это разные люди), священник (всем уже неважно, какой церкви), шериф или даже судья. Если городок уже большой, то могут найтись также проститутки, гробовщик и школьный учитель.

Самое важное — это понимать, что в случайном месте город не поставят. Города на Диком Западе появлялись тогда, когда рядом есть что взять поселившимся в городе людям. Чаще всего — шахта или золотой прииск. Иногда — станция на уже проложенной железной дороге, а иногда — просто удобная, богатая чистой водой остановка на популярном маршруте перегона скота.

Город для ковбоя — это, конечно, место отдыха. Только в городах можно разжиться несмертельным алкоголем. Кстати, как пишет Рихард Эрдёш , на Западе пиво было чуть ли не популярнее виски, хотя подавалось тёплым. Разгадка проста — цена. А вот покер найти было непросто — не у всех есть наличные деньги, чтобы на них играть. Впрочем, в легендарном городе Тумстоун, Аризона, одна покерная партия шла без перерыва восемь лет, меняя игроков, с 1881 года. Но Тумстоун на серебряных рудниках — большой, там даже театр есть.

Но важнее, что город для ковбоя — место, где можно найти работу. В норме ковбой занимается только тем, что выпасает стадо, а это оплачивается не очень хорошо. Плюс к этому, чем ты севернее — тем больше шанс на то, что зимой работы со скотом не будет, и придётся батрачить на ферме ещё дешевле. Но если повезёт — то можно устроиться перегонять закупленный скот на дальние расстояния. А это хорошие деньги, на которые можно год прожить. Но закупают скот для перегона в городах, и чтобы тебя взяли вместе со скотом — надо знать там людей.

И наконец, только в городе можно найти себе жену. И нет, не в смысле познакомиться с кем-нибудь — тут без шансов. В среднем городе Дикого Запада на одну женщину приходится четверо мужчин, притом за одним из них она уже замужем; в новом же городе соотношение запросто может быть и 25:1. Нет, город важен для женитьбы потому, что там почта.

Именно здесь ковбой мог оставить объявление, где мог рассказать пару слов о себе и о своём имуществе. Потом объявление отправляли в газеты, которые читали отчаявшиеся дамы с Восточного побережья. Некоторые писали ответные письма, другие приезжали сразу — но ковбои народ не капризный.

Помните, что город может просто исчезнуть. И даже чаще всего так и делает. Истощилась серебряная жила, изменилось течение реки или проложили не по той долине железную дорогу — и всё. В результате, славно погуляв в каком-нибудь Баннаке, штат Монтана, и уехав в Калифорнию со стадом, вы могли на обратном пути, через год, обнаружить город-призрак с пустыми коробками домов.

Нет, люди на Диком Западе не стреляли друг в друга, повздорив за кофейник. Они были в основном в своем уме. Общее число застреленных во всех главных скотоводческих городах — в Вичите, Абилине, Додж-Сити, Эллсуорте вместе взятых — между 1870 и 1885 годами составляло 45 человек, в среднем полтора ковбоя за торговый сезон. Великая перестрелка у корраля О. К., центральное событие мифа о западных Стрелках, длилась примерно полминуты, оставила три трупа, а двое участников были вообще безоружны.

Вооружённое организованное насилие на Диком Западе — это нечастая и прибыльная профессия. Точнее, профессии, потому что у этой монеты есть две стороны — бандиты и охотники на них.

Тут нужно пояснить вот что: мнение, что на Диком Западе законы вообще не действовали, ошибочно. Наоборот, законы там были куда более суровыми, чем на Восточном побережье. Допустим, украл ты что-то в Нью-Йорке — там всё понятно: украл, выпил, в тюрьму. А где-нибудь в Бельмонте, штат Невада, нет тюрьмы, там тебя банально повесят. Если, конечно, поймают, потому что законы, конечно, суровые, но исполнять их кто-то берётся только в городах.

Обилие бандитов на Диком Западе объясняется достаточно просто — в США в 1861—1865 прошла Гражданская Война. Юг проиграл, и множество молодых мужчин, воевавших четыре года, оказались на улице. Без гроша, но под подозрением. Например, у одного молодого кавалериста Джесси Джеймса, вместе с братьями служившего в элитных «Рейдерах Квантрилла», за отказ выдать сыновей повесили отчима.

Преступник на Западе может скрываться в прерии сколько угодно, не видя служителя закона годами. В большие города ему ход заказан — но в маленьких шахтёрских посёлках шерифа никогда не было. Так что пороха и пуль можно купить или просто забрать безо всяких препятствий. А если хорониться под кактусами тебе надоело — просто перейди границу между штатами, и на новом месте тебя будут ловить с гораздо меньшей охотой. Им-то ты ещё ничего не сделал.

Шерифы как раз преследовали их неохотно. Шери обязанность шерифа — не охотиться за бандитами, а следить, чтобы были целы жители именно его городка, а то его больше не переизберут. Да и права преследования, как мы выше отметили, у него нет. Но есть и другие.

Прежде всего это господа федеральные маршалы. Они как раз имеют право, и даже должны идти по следу бандита, куда бы он ни удрал, игнорируя местные юрисдикции и призывая себе в помощь каждого местного шерифа. Но добиться их внимания не так просто. Надо совершить федеральное преступление: тронуть федерального чиновника, именно федерального; гнать самогон без акциза и печатать поддельные доллары; тронуть почту. Даже в сегодняшних США невероятно нервно относятся к федеральной почте, можно сесть просто за вскрытие не тебе адресованного пакета. А тогда вешали.

Кстати, если ваш персонаж — бандит, будьте очень внимательны и аккуратны в вопросе границ. Одно дело грабить в штате, но преступления на территориях (это такие места, которые в штаты еще не приняли, плюс индейские резервации) сразу считаются федеральными. За такое не то что маршалов — кавалерию пришлют.

Далее, есть охотники за головами. Награду за голову уже разыскиваемого преступника могли по своей воле назначить хоть фирмы, хоть отдельные граждане. И хозяева железных дорог и линий дилижансов охотно этим пользовались, правильно считая, что кто раз остановил поезд, тому понравится. Собирать эту награду подряжались, в основном, такие же преступники, просто перешедшие на более стабильную работу. 

Охотники за головами не только умели стрелять, но и знали, где ночует и где тратит деньги любая новая местная банда — ведь вариантов не так много, и господа охотники сами их пробовали. Более того, часто такие граждане устраивались на постоянную работу при банковских сетях или крупных скотопромышленниках. Одна печать, и техасский грабитель Джо Хорнер становится Фрэнком Кэнтоном, приличным охотником на конокрадов в Вайоминге.

Ну и наконец, если ваш персонаж по-настоящему насолил федеральным властям и их уважаемым спонсорам, за вами пошлют агентов Пинкертона. В Red Dead Redemption работа этих уважаемых специалистов показана достаточно достоверно, не игравшие же могут представить себе агентов ФБР, только совершенно не скованных законами.

Долго бандит Дикого запада не жил. Обычно — пуля, притом чаще от коллег при дележе, чем от служителей закона. Реже можно сменить сторону, получить значок, но и тогда долгой жизни ждать не следует. Ну и, наконец, можно перейти Рио-Гранде и уйти в Мексику. Именно так сделала «Дикая Банда» Бутча Кэссиди и Сандэнс Кида — но, рассказывают, семь лет спустя их застрелили в Боливии. Вероятно, легенда.

Сеттинг Дикого Запада бесконечен, как его прерии. Просто помните, что весь он уместился в пятьдесят лет, вторую половину XIX века. Меньше, чем человеческая жизнь. Ваш герой мог родиться на Фронтире и дожить до его смерти, когда степь в очередной раз проиграла железной дороге. Но история Дикого Запада будет жить, скорее всего, вечно.