Что такое фандом и как найти свой

Давайте с самого начала расставим акценты. Если уж начинать каталогизировать фандомы, нужно понять, что это.

Фандом - значит не просто какая-то группа потребителей медиа. Мало быть зрителем, слушателем или читателем. Фандом, во-первых, осознает сам себя группой товарищей, а во-вторых, не только потребляет, но сам создаёт контент. И чем больше фандом - тем контент разнообразнее. От одиночных текстов или рисунков фандом переходит к совместным эвентам, вплоть до фестивалей и даже полнометражных фильмов.

Кроме того, фандом сам и потребляет не только избранное медиа, но и свой собственный сделанный по нему контент, чем и делает его нужным. Фандом предлагает фанам поддержку, и прежде всего - поддержку в творчестве.

А теперь давайте поговорим об этом подробнее.

Впервые слово «fandom» (буквально «совокупность фанатов», как kingdom) появилось в газете Cincinnati Enquirer в 1903 году. Правда, тогда им называли самых диких фанатов бейсбола.

Первые фандомы в привычном нам значении оформились в Викторианской Англии. Самый большой из них образовали читатели «Шерлока Холмса». Холмсиане активно анализировали свой канон и публиковали статьи о нём. Они писали фанфики, начиная как минимум с 1888 года; многие из них сегодня изданы в антологиях.

Кроме того, фаны активно писали Конан Дойлу. Когда тот «убил» Холмса, те завалили его яростными письмами и потребовали вернуть сыщика к жизни. Пусть и не сразу, но писатель воскресил персонажа. Это стало одним из первых в истории случаев, когда фандом осознал себя как силу и смог продавить свою позицию.

В дальнейшем, с пришествием широко доступных фантастических журналов вроде Amazing Stories, добавилась и еще одна черта — фаны стали активно общаться друг с другом. Сначала письменно, через клубы корреспонденции и отделы писем любимых журналов, а потом и лично — в 1939 году в Нью-Йорке прошел первый конвент современного вида, ВорлдКон. Там выступили популярные тогда писатели, например, Айзек Азимов, и присутствовали первые фэны в косплее — так называемых «футуристикостюмах», сшитых художницей Мороджо.

С тех пор новые фандомы подхватывают и расширяют эти образцы.

У многих культурных явлений есть своя фанбаза, но далеко не у каждого — полноценный фандом. Фандом возникает там, где поклонники активно взаимодействуют друг с другом и с объектом увлечения. Так формируется субкультура, о существовании которой рядовые поклонники могут даже не подозревать. Между тем она представляет не меньший, а порой и больший интерес, чем само явление, вокруг которого она сложилась.

В фандоме всегда присутствует чувство общности. Ты посещаешь определённые места, будь то конвент или закрытый чат в Discord. Ты склонен рассматривать всех, кого там встретишь, как желанных собеседников, с которыми у тебя совпадают вкусы. А ещё вы всегда узнаете друг друга в толпе — по юзерпику или по значку на сумке.

Внутри фандомов есть свой жаргон, внутренние мемы и локальные знаменитости. Но в первую очередь фанатская субкультура интересна своим творчеством, которое принимает самые разнообразные формы. Далеко не все пишут фанфики — кто-то по любимому канону рисует, кто-то делает клипы, а кто-то упоённо шьёт косплей.

Отдельная история — это взаимоотношения фандома с автором. Со времён холмсиан ничего не изменилось, и фаны по-прежнему считают себя вправе задавать автору каверзные вопросы и выдвигать ему требования. Иногда это приводит к довольно неожиданным последствиям.

Раньше это был очень непростой вопрос. Найти единомышленников было крайне непросто.

Фандомы, даже очень крупные, существовали отдельными фрагментами, потому что география мешает. Сколько-то крупные клубы —всегда удел мест, где уже много людей и есть откуда брать медиа. Прежде всего столицы и университетские городки. Клубы фантастики, толкиенисты или хувиане выросли из колледжей с хорошими библиотеками.

Альтернативой были клубы по переписке  — в Британии холмсиане связывались прямо через журнал «Стрэнд», а Говард Лавкрафт написал своим читателям около десяти тысяч писем. Для сотен тысяч людей вплоть до девяностых годов это был единственный выход, единственный способ пообщаться и прислать свои рассказы хоть кому-то.

Сейчас такой проблемы нет. Интернет сделал всё проще. Нашёл медиа — считай, уже нашёл сообщество. Поймёшь, в каких комментариях собирается фандом — посиди пару месяцев, почитай, как тут принято. А потом можно начинать творить на свой вкус — и, скорее всего, тебя примут.  

Аниме. Это не просто зонтичный термин для тысяч сообществ, а целая экосистема, в которой люди свободно перетекают из одного фандома в другой. У анимешников свои фестивали, свои переводы полюбившихся сериалов, и, наконец, свои площадки для общения. Их много, они наиболее заметны и как минимум за счёт своего количества давно уже в мейнстриме.

Гарри Поттер: Фандом ГП огромен, даже после всех этих лет, и потому в нём есть кто угодно. Невероятное количество романтических фанфиков, авторы которых успели свести вообще всех персонажей Роулинг. Некоторые пейринги, такие, как драмиона (Драко/Гермиона) или снейджер (Снейп/Гермиона), давно уже сами превратились в отдельные фандомы. При этом в фандоме находится место и любителям мачистского экшна (тег «сильный_гарри» абсолютно проклят), и тонкой политической интриги (просто прочтите rakugan). Кроме того, это интересный, но нередкий случай, когда фандом вдрызг разругался со своим собственным автором.

Warhammer 40000. Очень интересный случай. Это составной фандом. Демография и состав аудиторий настольного стратегического Вархаммера, компьютерных игр про космодесантников, настольных ролевых вроде Dark Heresy и книг Абнетта или Фехервари — совершенно разные и никогда иначе не пересеклись бы. Однако суровые реконструкторы и нежные фикописательницы живут в единой экосистеме без больших скандалов и обмениваются друг с другом неровно рассыпанным создателями лором.

Властелин Колец. Как они сами любят говорить, «мой фандом умирает дольше, чем твой живёт». Сообщество толкиенистов действительно существовало, писало фанфики и играло в ролевые игры еще в Советском Союзе. Да, фандом существенно вырос после фильмов Питера Джексона, но и они были двадцать пять лет назад. Этот фандом очень академичен — здесь много людей с филологическими степенями, и там, где другие люди пишут фики, они пишут монографии.

Брони. А это — пример почти умершего фандома. Когда-то фанатов My Little Pony были великие множества по всему рунету, и в самых антисоциальных его местах, анонимных имиджбордах периода расцвета, укоренился настоящий культ поней. MLP заставил вести себя, как фандом, людей с совершенно другими интересами, и, кроме фанфиков и арта, мы увидели, например, огромный мод к Hearts of Iron IV. Но где они теперь? Кончился сериал, а продолжения были уже не те. Часть понилюбов ушла в фурри, часть заперлась на дальних дискорд-серверах.

0. Неизвестность: О проекте знает его создатель и его ближайшие друзья. Отсюда стартует каждый, и многие остаются такими навсегда, теряясь в библиотеке Steam. Некоторые проводят в таком состоянии десятки лет, а потом появляются как “скрытый хит”. Такова, например, Deadly Premonition, которую при релизе просто не заметили, а вот ремастер получил культовый статус.

0. Неизвестность: О проекте знает его создатель и его ближайшие друзья. Отсюда стартует каждый, и многие остаются такими навсегда, теряясь в библиотеке Steam. Некоторые проводят в таком состоянии десятки лет, а потом появляются как «скрытый хит». Такова, например, Deadly Premonition, которую при релизе просто не заметили, а вот ремастер получил культовый статус.

1. Группа поклонников: У проекта есть маленький фандом — один чат, одно сообщество на блогах, десяток фиков на AO3. Фэнов даже не считают странными — просто не понимают, о чём они. Но иногда усилия фэнов по популяризации дают ошеломительные результаты — вспомните Undertale.

2. Культовая классика: Фандом знают — но только те, кто уже заинтересован фандомной культурой. За её пределами люди что-то слышали об этом медиа, кто-то даже смотрел сам, и название узнают, но с усилием. Таковы, например, культовые хорроры: многие помнят название «Нечто» Карпентера — но не так уж многие его видели. К фандому могут проявить интерес соседи по хобби.

3. Мейнстрим: А вот теперь никаких проблем с узнаваемостью нет. Все смотрели, все читали, все понимают, о чём ты говоришь. Твое избранное медиа знают даже те, кто не имеет к фандомам никакого отношения, а в вашу компанию то и дело приходят прямо из гугла заинтересованные новички. Вселенная стремительно разрастается, порождая новые фильмы, книги, сериалы, игры.

4. Культурный код: Ваш канон — классика. Выражения из него вошли в речь, образы из него — в школьных учебниках и в рекламе. Если ваш фандом всё еще действует, он сам уже культурное явление, до этого большинство просто не доживает. Как вы этого добились? Элементарно, Ватсон!

5. Тепловая смерть: Это стадия для тех, кто до культурного явления не дожил. Возможно, случился какой-то кошмарный скандал, возможно, что-то вышедшее позже перетянуло новичков на себя. Но, так или иначе, многие старые фандомы находятся в спячке — по ним никто не пишет, их немногие помнят. Тут вспомним Ruroni Kenshin — двойной случай, во-первых, канон ещё девяностых, во-вторых, недавний скандал с арестом автора по очень неблаговидному обвинению. К нему уже не вернутся.

Х. Внезапно новички: Иногда бывает, что в, казалось бы, замерший фандом вливается свежая кровь. Допустим, экранизируют старую книгу, выпустят ремастер игры или просто талантливый ютубер внезапно поделится найденным «скрытым сокровищем». Новички могут долго притираться к старому фандому — но только они обеспечат его жизнь. Самый лучший пример такого рода дал нам Питер Джексон, экранизировав «Властелина Колец».

Пусть ваш фандом живёт долго и процветает.