Брендон Сандерсон рассказал поклонникам, почему в его книгах нет эльфов и гномов
Анастасия Немчикова15.03.2026«Если я и собираюсь использовать фантастических существ, я хочу придумать собственных».
Брендон Сандерсон считается одним из самых популярных современных авторов фэнтези. В последнее время его имя звучит особенно часто из-за крупной сделки с Apple TV+ на экранизацию его произведений. На фоне нового интереса к его книгам писатель вновь ответил на давний вопрос фанатов — почему в его эпических мирах почти нет эльфов и гномов.
В новом выпуске серии «SanderFAQ» на своём YouTube-канале Сандерсон объяснил, что на его раннее творчество сильно повлияла ситуация в жанре в конце 1990-х. Тогда фэнтези, по его словам, находилось «в тени» произведений Дж. Р. Р. Толкин. Ситуацию усилила популярность кинотрилогии «Властелин колец» режиссёра Питер Джексон.
Многие авторы вдохновлялись именно толкиновской моделью мира с эльфами, гномами и другими знакомыми расами. Наблюдая это, Сандерсон даже написал провокационное эссе о том, «как Толкин разрушил фэнтези». Сейчас он признаёт, что текст был «очень кликбейтным ещё до того, как люди вообще начали говорить о кликбейте», а в те годы он проявлял излишний снобизм, пытаясь указывать читателям, чем им стоит увлекаться.
Со временем отношение писателя к творчеству Толкина изменилось. Сейчас он, например, слушает аудиоверсии его книг в исполнении Энди Сёркиса.
Тем не менее в конце 90-х Сандерсон сознательно решил пойти другим путём. Он хотел, чтобы отличительной чертой его историй стал акцент на людях, а не на привычных фэнтезийных расах.
По его словам, если он и использует фантастических существ, то предпочитает создавать собственные виды, а не переименовывать уже известные архетипы вроде эльфов или гномов.
Единственным исключением стали драконы. Писатель признался, что придумать нечто столь же величественное и символичное, но не являющееся драконом, практически невозможно — поэтому здесь он сделал исключение.
В итоге Сандерсон говорит, что больше не считает необходимым «избавляться от эльфов». По его мнению, авторы должны просто писать те истории, которые им нравятся, а читатели — читать то, что любят. Даже спустя десятилетия в идеях, к которым Толкин обращался в 1950-х и 1960-х годах, всё ещё остаётся место для новых интерпретаций.
